В последнее время в Израиле появились материалы в русскоязычной прессе, посвященные разнице в мировосприятии и целеполагании между “путинской репатриацией” последних лет и предыдущими волнами алии. Вот один из интересных примеров.

Автор статьи в “Деталях” характеризует “новую волну” так: “Как уже сегодня заметно, основная масса этих политэмигрантов идентифицирует себя именно с новой, пока еще виртуальной «демократической Россией». Эти люди считают себя патриотами своей родины, не боятся русской культуры, рассчитывают со временем вернуться назад и потому не так охотно интегрируются в новую жизнь. Подобным подходом они действительно напоминают белогвардейскую эмиграцию, чем резко отличаются от предыдущих волн. Чисто психологически им претит как «аполитичный конформизм» старой эмиграции, не способной понять их жертвенности, травм и потерь – так и радикальное, травматизированное отрицание всего, что связано с Россией.” В других публикациях сами репатрианты новой волны пишут, что они уехали не на постоянное место жительства (ПМЖ) а на ППЖ – “Пока Путин жив”. После этого они рассчитывают с триумфом вернуться на доисторическую родину.

Не думаю, что у них это получится. Слишком много там кандидатов на роль нового Солженицына, и масштаб не тот. Восстановить положение в культурных элитах, которое занимали многие из них, им в любом случае не светит. Сейчас в России интенсивно идет процесс смены культурных элит. Раньше говорили, что русская интеллигенция похожа на морскую свинку, которая не свинка и не морская, вот и русская интеллигенция не русская и не интеллигенция. Так и было на самом деле. Но сейчас на смену этой субстанции приходит новая волна, которая и русская, и интеллигенция в отличие от того, что было раньше, в лучшем смысле этого слова. Кому нужен Дмитрий Быков, когда есть Анна Долгарева? Только таким же как он сам, но узок их круг. Андрей Вознесенский в свое время ностальгировал по настоящему. Ну вот оно и пришло, это настоящее – Долгарева, Ревякина, Караулов.

Очень многие отъезжанты сильно обижены на Россию, и им кажется, что обоснованно. Кто-то вышел на улицу с плакатом “Миру мир”, а его арестовали. Кто-то хотел вставить в программу школьного концерта песню “Летите, голуби, летите”, а ему не дали. Не может свободный человек жить при тоталитаризме.

Стоп, не в тоталитаризме тут дело, а в уместности. Вот представьте себе, что еврейское гетто гонят к расстрельному рву, а те, кого туда гонят, поют “Оду к радости” Бетховена на стихи Шиллера. “Обнимитесь миллионы, слейтесь в радости одной”. С теми, кто их туда гонит. Или что в блокадном Ленинграде Ольга Берггольц после стука метронома читает эссе Льва Толстого “Христианство и патриотизм” и “Царство Божие внутри нас”. Глупо получится, хотя и Лев Толстой, и Бетховен, и Шиллер достойны уважения. Но есть время собирать камни, и есть время разбрасывать их, как писал некогда Экклезиаст, а он уместен и актуален всегда.

Можно ли было призывать к миру во время блокады Ленинграда? Это значило бы, что город останется в блокадном кольце, и в трех километрах от Кировского завода останутся войска, которыми командует человек, считающий, что Ленинград в течение двухсот лет изливал русский яд в немецкое Восточное море и поэтому не должен существовать. Для начала надо было снять блокаду, отогнать врага, и только потом можно было думать о заключении мира. Вот о том, стоило ли Красной Армии двигаться на запад от советской границы, или лучше оставить в Европе ослабленного Гитлера, можно было думать. Сейчас есть весомые основания полагать, что идти дальше и класть в землю сотни тысяч советских солдат за освобождение Польши и Чехии не было смысла. События последних десятилетий это показали. Освенцим тоже не надо было освобождать, судя по массово озвучиваемой позиции внуков его узников. Когда-нибудь эта проблема решилась бы другим способом. Может быть, пришли бы американцы, а может быть, нацисты сами устыдились бы содеянного ими и отпустили узников домой. Они все же культурные европейцы, а не варвары-русские.

Всё так, но снимать блокаду Ленинграда было необходимо. Точно так же сейчас необходимо отогнать врага от Донецка, а о том, стоит ли идти дальше и насколько далеко, можно будет спорить позже. Враг восемь лет убивает русских людей на Донбассе. Он рассыпает по городам Донбасса противопехотные мины “Лепесток”, специально рассчитанные на то, чтобы покалечить как можно больше русских детей. Кем надо быть, чтобы оправдывать действия такого врага?

В среде русских патриотов бытует термин “национал-куколдизм”. Он обозначает поведение тех, кто с явным удовольствием следит за тем, как унижают и убивают русских людей. Кто не в теме про куколдизм, гуглите. Но в нашем случае ситуация еще хуже, потому что куколд хотя бы ассоциирует себя каким-то, пусть извращенным образом с жертвой чужака-насильника, а проукраинские “противники войны” не ассоциируют себя с русскими никак. Поэтому и диагноз “куколдизм” неверен, это иначе называется.

Короче, некуда вам будет возвращаться. Путинская алия не понимает, что она никогда не вернется в Россию с триумфом независимо от того, чем закончится нынешняя ситуация. Даже если Россия проиграет. Русские не любят предателей, а люди, поддерживающие врага, забрасывающего города, в которых живут русские дети, противопехотными минами “Лепесток”, не могут называться иначе как предателями. Даже если им удастся вернуться на “Абрамсах”, как мечтал в свое время Аркадий Бабченко, и они станут гауляйтерами на службе у хозяев мира, многих из них ждет судьба гауляйтера Белоруссии Вильгельма Кубе, а в случае русской победы их будут просто презирать. Из литературных, артистических и прочих культурных элит они сами себя исключили. Им на смену приходят новые русские элиты, национальные и патриотические, как во всех “нормальных” странах мира. Вы хотели жить в нормальной стране? Вот Россия и становится нормальной страной в этом смысле. Поэтому лучший вариант для “путинских эмигрантов” и репатриантов – абсорбироваться в рамках возможного на новых местах проживания и как можно быстрее перестать думать по-русски.

Translate »